Древние люди под Воронежем пережили Великое Обледенение

Отправлено 7 нояб. 2014 г., 2:40 пользователем Don Vertigo
Череп древнейшего жителя России, который жил в окрестностях воронежской деревни Костенки 36-38 тысяч лет назад. Источник: Музей антропологии и этнографии имени Петра Великого

Череп древнейшего жителя России, который жил в окрестностях воронежской деревни Костенки 36-38 тысяч лет назад. Источник: Музей антропологии и этнографии имени Петра Великого

Анализ генома древнего жителя России показал, что предки современных европейцев пережили последний ледниковый период, не сходя с места

Коллектив из нескольких десятков ведущих палеогенетиков мира представил в журналеScience «воскрешенный» геном одного из самых древних жителей России, который жил на территории современной Воронежской области примерно 37—38 тысяч лет назад. Структура его ДНК и присутствующие в ней уникальные мутации подсказали ученым, что первые жители Европы проникли на ее территорию задолго до наступления последнего ледникового периода, который начался 26,5 тысячи лет назад, и пережили его, не сходя с места и не контактируя с южанами. В это время первые европейцы не были одиноки — судя по вкраплениям необычных генов, они часто вступали в контакты с неандертальцами и с недавно открытыми северными евразийцами.

«Подобные исследования — всегда компромисс между нашим желанием узнать что-то новое и пониманием того, что мы безвозвратно разрушаем образцы. Иногда они приводят к очень интересным и неожиданным открытиям. К примеру, все классики антропологии всегда считали, что эти воронежские останки, вместе с черепами из французских гротов Гримальди, были следами африканских мигрантов. Черты их лица, устройство скелета были типично южными. А оказалось, что с точки зрения генетики они ранние европейцы без каких-либо меланезийских, африканских или иных связей», — рассказал «Русской планете» один из авторов статьи, российский антрополог Вячеслав Моисеев из Петербургского музея антропологии и этнографии.

За последний год наши представления о том, как происходил процесс заселения Европы первыми кроманьонцами-мигрантами, кардинально изменились. Все началось с того, что в середине ноября 2013 года датский палеогенетик Эске Виллерслев выяснил, что геном предков современных индейцев сочетал в себе как азиатские, так и европейские черты, восстановив геном мальчика, жившего в окрестностях села Мальта в Иркутской области.

Это открытие подтолкнуло Виллерслева и несколько десятков других ведущих палеогенетиков мира, в том числе Сванте Паабо и Дэвида Рейча, объединить усилия и проанализировать и сопоставить все существующие сегодня воскрешенные ДНК древних кроманьонцев и других видов людей, населявших Землю в давно минувшие эпохи. В августе этого года они обнародовали итоги этой работы — оказалось, что Европа заселялась не в две, а в три волны миграции.

Представители самой древней из них, которых ученые окрестили северными евразийцами и которые несли в себе генетические черты азиатов и индейцев, покинули Африку очень рано и заселили северные регионы субконтинента примерно 40 тысяч лет назад. Впоследствии евразийцы проникли на территорию Центральной и Западной Европы, где смешались с местными охотниками и фермерами.

В новой работе Виллерслев и его коллеги заглянули еще дальше в прошлое Европы, восстановив и изучив геном самого древнего жителя России, чьи останки были найдены в окрестностях воронежской деревни Костёнки еще в 1954 году. Они очень неплохо сохранились для своего возраста и места залегания. Это позволило ученым, с разрешения Кунсткамеры, отделить от берцовых костей доисторического воронежца около грамма ткани для генетического анализа.

«Эти останки заинтересовали нас и наших европейских коллег после того, как была завершена передатировка останков из Костёнки. До этого мы считали, что эти останки были гораздо моложе и не относились к палеолиту. Проблем добавляло и то, что вместе с этим скелетом нам не удалось найти практически ни одного орудия труда, которые можно было бы приписать к той или иной культуре», — продолжает Моисеев.

Благодаря большому количеству исходного материала, генетикам удалось полностью воскресить геном древнего россиянина — каждая «буква» в его ДНК была прочитана как минимум по два-три раза. Подобная точность считается достаточно низкой для обычных генетических исследований, однако ее вполне хватает для того, что определять степень родства и раскрывать историю эволюции человечества.

«Трудности конечно были. Эти останки — материал старых раскопок, середина прошлого века. В то время никто и не задумывался о генетике, о том, что в этих останках могут храниться фрагменты ДНК. Образцы из Костёнки не только трогали голыми руками десятки археологов, но и пропитывали специальными составами для сохранности», — объяснил российский ученый.

Эске Виллерслев (справа) в Зоологическом музее в Копенгагене. Фото: Jens Dresling / AP

Эске Виллерслев (справа) в Зоологическом музее в Копенгагене. Фото: Jens Dresling / AP

Когда ученые сравнили его с геномами современных европейцев, неандертальцев, денисовцев, и с другими восстановленными ДНК древних людей, их ожидал большой сюрприз. Оказалось, что древний россиянин с генетической точки зрения был больше всего похож на упомянутого мальчика из Мальты и древних кроманьонцев из Люксембурга и Германии, чьи геномы были расшифрованы Виллерслевом и другими генетиками во время открытия евразийцев. При этом его геном содержал в себе мало общих черт с ДНК азиатов и индейцев. Это говорит о том, что предки современных жителей Европы и Азии разделились уже как минимум 36 тысяч лет назад.

«По сути, нам удалось открыть своеобразный генетический пул для всех древних европейцев. Если говорить о родстве, то эти люди были больше всего близки к жителям Западной Европы. Тем не менее мы не можем назвать какой-то специфический народ, который бы был особенно похож на них», — подчеркнул российский ученый.

Данный факт сильно удивил ученых — он означает, что все эти люди имели общее генетическое прошлое и были тесно связаны между собой, несмотря на разделяющие их огромные расстояния, реки, горы и ледники, покрывавшие большую часть Евразии в то время. Подобное генетическое единство, как считает Виллерслев, можно объяснить только одним способом: предки всех этих групп европейцев проникли на территорию Европы и Азии гораздо раньше, чем предполагалось ранее.

Авторы статьи предполагают, что первые европейцы, которых авторы статьи называют западными евразийцами, проникли на территорию современной европейской части России, юга Сибири и всей Европы примерно 50 тысяч лет назад. С этого момента начинается их раздельная генетическая эволюция — каждая горстка людей, изолированная от других ледниками или географическими препятствиями, начинала двигаться по своему собственному пути развития. В результате этого за следующие 30 тысяч лет появились достаточно уникальные группы, в том числе и уже известные нам северные евразийцы и европейские охотники-собиратели.

«На протяжении 30 тысяч лет, северная ледовая шапка Земли то наступала, то отступала, и в один момент времени она занимала почти две трети от всей площади Европы, — рассказывает Марта Лар из Кэмбриджского университета (Великобритания). — Проходили тысячи и десятки тысяч лет, древние культуры умирали, и появлялись новые культуры, такие как ориньякская культура и сменившая ее граветтская культура, и вместе с ними росли и угасали популяции охотников-собирателей. Теперь мы знаем, что все эти процессы не были вызваны и не приводили к притоку новых генов — все инновации и изменения в технике изготовлений орудий труда и в методах выживания в суровых условиях того времени происходили на одном и том же биолого-генетическом фоне. Только когда фермеры с Ближнего Востока проникли в Европу примерно 8 тысяч лет назад, структура населения субконтинента начала серьезно меняться».

Судя по присутствию достаточно высоких долей неандертальской ДНК в геноме древнего воронежца, первые жители России и Европы не были полностью изолированы от остальной части человечества. По расчетам ученых, они активно вступали в контакты с неандертальцами примерно 54 тысячи лет назад. Как утверждают Виллерслев и его коллеги, эти контакты не были постоянными, на что указывает постепенное снижение доли неандертальской ДНК в геноме древних европейцев по мере приближения к современности.

«Мы постоянно задавались вопросами — быстро ли сокращались популяции неандертальцев, сталкивались ли с ними кроманьонцы. Когда мы обнаружили, что они вступали в связи с нашими предками и оставили след в нашей ДНК, мы были крайне удивлены. Теперь перед нами стоит другой вопрос: почему таких следов так мало? Этого мы пока не знаем», — добавляет генетик Роберт Фоли из Кембриджа.

Подробнееhttp://rusplt.ru/world/zimovka-poevraziyski-14130.html

Comments